Как заселялся дальний восток?

В середине XIX столетия, после окончательного присоединения земель по Амуру и в Приморье, Россия получила огромный и почти безлюдный край. К тому же отделённый от мест проживания основной массы населения сотнями, даже тысячами вёрст сибирской тайги и бездорожья.

Но всего за полвека властям Российской империи удалось решить вопрос заселения Дальнего Востока, предоставляя землю, помощь и льготы переселенцам. Алексей Волынец специально для DV вспоминает, как это было.

Переселенческий пункт близ станции Канск. Из альбома «Великий путь», 1899 год, фотограф Иван Томашкевич

Казаки на китайской границе

Первыми жителями новых земель, как это часто бывало в русской истории, стали казаки. 29 декабря 1858 года указом царя Александра II было образовано Амурское казачье войско. Вскоре, 1 июня 1860 года, появилось «Положение об Амурском казачьем войске» — первый документ в российской истории, регулировавший предоставление земель в этом регионе.

Тогда, в середине XIX века, на территории современных Амурской области, Еврейской автономной области, Сахалина, Хабаровского и Приморского краёв проживало в общей сложности около 18 тысяч человек. Для сравнения: сегодня общая численность населения в этих регионах — около 5 миллионов человек, почти в 300 раз больше.

Крошечные племена гиляков (нивхов), гольдов (нанайцев), орочей и удэгейцев были практически незаметны в бескрайней дальневосточной тайге. Новая граница России с Китаем протянулась почти на 2000 км и требовала не только охраны, но и заселения.

как заселялся дальний восток

Казаки Уссурийского пешего батальона/ Public Domain/Wikimedia Commons

Казачье войско формировалось из казаков, бурят и крестьян Забайкалья. Их расселяли по границе, на берегах Амура и Уссури, в указанных властями местах. В качестве компенсации казаки-переселенцы получали большие земельные наделы. Офицерам, в зависимости от звания, выдавалось от 200 до 400 десятин, а рядовым — по 30 десятин земли на каждую мужскую душу в семье. Десятина — дореволюционная мера площади — равнялась 109 соткам, или 1,09 гектара. То есть каждая казачья семья получала в вечное владение многие десятки гектаров дальневосточной земли.

Такие меры правительства быстро дали видимый результат. Всего через год, в 1862 году, по недавно безлюдным берегам Амура насчитывалось 67 казачьих станиц с населением почти в 12 тысяч человек, а в Приморье — 23 станицы, где проживали 5 тысяч казаков.

Гектар за 3 рубля

Но для огромных пространств Дальнего Востока этого было ничтожно мало. Новое казачество позволило лишь организовать пограничную охрану, для полноценного освоения земель требовались даже не десятки, а сотни тысяч переселенцев.

Поэтому 26 марта 1861 года правительство Российской империи утвердило положение «О правилах для поселения русских и иностранцев в Амурской и Приморской областях Восточной Сибири». По этим «Правилам» переселившиеся на Дальний Восток крестьяне получали бесплатно во временное пользование на 20 лет до 100 десятин земли на одну семью с правом последующего выкупа. Земля могла и сразу же приобретаться в собственность по цене 3 рубля за десятину.

100 десятин (или 109 гектаров) — это было почти в 30 раз больше, чем средний земельный надел крестьянской семьи в европейской части России. Кроме того, все дальневосточные переселенцы имели льготы. На 10 лет они освобождались от призывов в армию и пожизненно от уплаты подушной подати — самого большого налога, который тогда платили крестьяне.

Политика предоставления земли и льгот была успешной. За 20 лет, с 1861 по 1881 год, на Дальний Восток переехало 11 634 крестьянских семей. Но переселение к берегам Амура было очень долгим и сложным. Железных дорог к востоку от Урала ещё не построили — переезд на крестьянской телеге по сибирскому тракту и почти полному бездорожью Забайкалья растягивался на полтора-два года.

как заселялся дальний восток

Крестьянская семья. Фото из Библиотеки Конгресса США

Выдержать два года дороги в принципе через всю Россию могли немногие. Тем более что правительство, предоставив землю и льготы переселенцам, не озаботилось поддержкой в ходе самого переселения. Преодолевать по сути пешком около 5000 вёрст от Урала до основанного в 1858 году Хабаровска крестьянам приходилось за свой счёт.

Осознав, что в таких условиях, несмотря на щедрую землю и льготы, темп переселения будет низким, правительство Российской империи в 1882 году занялось организацией переселения с привлечением самых современных тогда технологий. Решено было возить отправляющихся на Дальний Восток пароходами.

На Дальний Восток через Одессу

Такой путь получался дорогим и экзотическим: из Одессы морем, через проливы Босфор и Дарданеллы мимо Крита и Кипра к Суэцкому каналу. Далее пароходы шли по Красному морю в Индийский океан. Мимо Индии и острова Цейлон они направлялись к Сингапуру, а оттуда, вдоль берегов Вьетнама, Китая, Кореи и Японии, шли к русскому Приморью во Владивосток.

1 июня 1882 года был принят закон «О казённокоштном переселении в Южно-Уссурийский край», согласно которому ежегодно в Приморье за «казённый кошт», то есть за счёт государственных средств, переселялось несколько сотен семей. Путь на пароходе из Одессы во Владивосток требовал не менее 50 суток, и каждая переселённая таким образом семья обходилась государству в 1300 рублей — огромная по тем временам сумма, месячный средний заработок по стране не превышал 15 рублей. К тому же с марта 1896 года переезжающим на Дальний Восток выдавали беспроцентные ссуды в размере 100 рублей на семью сроком на три года.

Выплачивались и безвозвратные пособия на перевозку людей и имущества. Только в 1895 году на перевозку переселенцев пароходами по реке Амур государство потратило свыше полумиллиона рублей. До завершения строительства Транссибирской железнодорожной магистрали пассажирское плавание по рекам Шилка и Амур, из Забайкалья до Хабаровска, было очень дорогим — путь занимал 10 дней, переселенцы платили 10 рублей за взрослый билет и 5 рублей за детский.

Поток переселенцев постепенно увеличивался. С 1882 по 1891 год на Дальний Восток для ведения сельского хозяйства приехали 25 223 крестьянина. В следующее десятилетие, с 1892 по 1901 год, крестьян прибыло заметно больше — 58 541 человек.

как заселялся дальний восток

Улица Муравьева-Амурского в Хабаровске, 1900 год. Фотохроника ТАСС

В связи с ростом населения Дальнего Востока (за 20 лет более чем в 3 раза) правительство изменило нормы бесплатного наделения землёй. С 1 января 1901 года переселившаяся семья получала надел из расчета 15 десятин (чуть более 15 га) удобной земли на каждую душу мужского пола.

Тогда же правительство обратило внимание на перекос в демографии переселенцев: на Дальнем Востоке оказалось заметно больше мужчин, чем женщин. И с 1882 по 1896 год за счет государства перевозились те семьи, в которых число девочек и женщин превышало количество мужчин.

Российский орёл — одной головой на Восток

как заселялся дальний восток

Граф Николaй Муравьёв-Амурский, с 1847 по 1861 год служил генерал-губернатором Восточной Сибири. Public Domain/Wikimedia Commons

Всего за пять последующих лет, с 1901 по 1905 год, на Дальний Восток прибыло 44 320 крестьян. Рост числа переселенцев был вызван пущенной в эксплуатацию Транссибирской железнодорожной магистралью. Отныне путь из европейской части России до Владивостока занимал не полтора года на телеге и не два месяца на пароходе, а всего две-три недели в железнодорожном вагоне.

Более того, государство побеспокоилось создать вдоль Транссиба «врачебно-продовольственные пункты», где «засельщики», как тогда официально именовались переселенцы, могли получить бесплатную медицинскую помощь и купить продукты по сниженным ценам. Детям переселенцев горячая пища предоставлялась государством бесплатно.

Следующий взрывной рост количества переселенцев на Дальний Восток был связан с аграрной политикой премьер-министра Петра Столыпина. В апреле 1908 года он ярко и образно высказался в одном из выступлений перед депутатами Государственной Думы, возражая тем, кто был против увеличения государственных затрат на развитие Дальнего Востока: «Наш орёл — орёл двуглавый. Конечно, сильны и могущественны и одноглавые орлы, но, отсекая нашему русскому орлу одну голову, обращённую на Восток, вы не превратите его в одноглавого орла, вы заставите его только истечь кровью…»

В ходе проведения столыпинской аграрной реформы крестьяне получили право выйти из прежней сельской общины и закрепить свой индивидуальный надел в частную собственность. Возможность продать свой участок земли позволила массе крестьян переселиться в новые районы, богатые неосвоенными, свободными землями.

В период деятельности правительства Столыпина продолжала действовать норма о бесплатном выделении на Дальнем Востоке по 15 гектаров земли на каждого крестьянина мужского пола. При этом были увеличены в два раза, до 200 рублей, ссуды переселенцам для устройства на новом месте. В период с 1905 по 1907 год за этой финансовой помощью обратилось свыше 90% переселенцев, прибывших на берега Амура и в Приморье.

В 1912 году для Приамурского края размер максимальной ссуды ещё раз повысили — до 400 рублей на семью. Это была немалая сумма: лошадь в Сибири стоила около 40 рублей, а корова — не более 30. Половину ссуды переселенцы получали сразу, вторую часть — только после того, как чиновник на местах убеждался в целевом расходовании первой половины. Такие ссуды выдавались сроком на 33 года: 5 лет переселенцы пользовались деньгами без уплаты процентов, затем платили ежегодно по 6% от общей суммы.

Весь комплекс государственных мер обеспечил резкий рост переселения на Дальний Восток. Например, только в 1907 году в Амурскую область переселилось 11 782 крестьянина, а в Приморскую область в этом же году прибыло 61 722 человека. То есть за год переселилось почти столько же, сколько за весь XIX век.

«Здесь сытнее было…»

Переселенцы конца XIX — начала XX веков в большинстве своём были неграмотными крестьянами, поэтому мемуаров о дальневосточной одиссее сельского населения не осталось. Лишь в наши дни историки и этнографы смогли записать отдельные воспоминания детей дореволюционных переселенцев.

В муниципальном районе имени Лазо Хабаровского края более века назад крестьяне-переселенцы из Белоруссии основали сёла Полетное, Прудки и Петровичи. Вспоминает Александр Титович Потюпин, 1928 года рождения, из села Петровичи: «Мои предки были из Могилевской губернии. Мне всё дедушка рассказывал, как он сюда приехал. Приехал сюда в 1900 или 1902 году. Приехал, поглядел местность эту. А потом только в 1907 году вся семья сюда перебралась. Ехали на поезде через Маньчжурию, а потом на лошадях. Они всё хозяйство везли с собой: лошадей, утварь, семена. А надо ж было покорчевать ещё, кругом тайга была. Вначале ставили землянки. Потом делали хаты осиновые».

как заселялся дальний восток

Хабаровка, берег Амура, 1901 год. Emile Ninaud, Национальная библиотека Франции

Причины переселения ёмко характеризует Софья Моисеевна Самусева, 1934 года рождения, проживающая в селе Полетное: «Мать рассказывала, что на родине все жили очень бедно. В домах были земляные полы… Здесь сытнее было».

Вспоминает Крахмалёва Полина Романовна, 1926 года рождения, проживавшая в селе Чембары Свободненского района Амурской области: «Переехал вперёд наш Алексеенко Степан. Он и был первым поселенцем. Мама сюда переехала в четырнадцатом году, а отец в двенадцатом из Киевской губернии. В шестнадцатом они поженились… Когда деревню называли, перескандалили все! Это было вскорости после свадьбы. Алексеев хотел, чтобы назвали Алексеевка! А был такой Чембаров. Он был нужный человек. Был скандал! Но назвали Чембары…»

Всего же с 1906 по 1914 год включительно в Амурскую и Приморскую области Российской империи переселилось 44 590 крестьянских семей, или 265 689 человек. Ими было основано 338 новых селений и освоено свыше 33 миллионов га новых земель. На начало XX столетия это позволило не только заселить прежде почти безлюдные пространства, крепко привязав их к России, но и обеспечить внушительное социально-экономическое развитие Дальнего Востока.

Annotation The article examines the main approaches to solving the problems of settling the Russian Far East, which were used in the 19th and early 20th centuries and proved to be effective. The experience of development of strategy and tactics of development in the conditions of the Soviet period is shown. Options for the current migration policy are proposed, taking into account the use of modern information technologies and real migration potential. The necessity of the spatial planning of the development of problematic territories of the Far East balanced by resources and economic relations is substantiated.

Keywords: migration policy, migration to the Far East, migration potential, information environment, Far East hectare, training of personnel for the agricultural sector.

Заселение Дальнего Востока: прошлое и будущее.

Population of the Far East: past and future.

Российское государство стоит перед проблемой заселения Дальневосточных регионов уже не первый раз. Примерно полтора века назад начался процесс  колонизации самых отдаленных и практически незаселенных российскими подданными обширных владений, занимающих огромные территории, отнесенных к дальневосточным окраинам.

Как известно, уже к концу 19 века. по данным Первой всеобщей переписи населения Российской Империи 1897 года численность и плотность жителей Сибири, куда включались и регионы Дальнего Востока составили 5, 8 млн. человек. (табл.1).

Таблица 1.

Численность и плотность населения  Дальнего Востока в 1897году.

Губернии Численность населения, человек Число жителей
на  версту
Мужчин Женщин Оба пола
Амурская 68 269 52 037 120 306 0,30
Приморская 152 061 71 275 223 336 0,13
Сахалинская 20 472 7 641 28 113 0,42

Накануне Первой мировой войны в 1914г. в Сибири и на Дальнем Востоке проживало уже больше 10 млн. человек,  из которых 7794 тыс. человек проживали в Сибири и 2207 тыс. –на Дальнем Востоке. Естественно, такой колоссальный общий прирост населения, был результатом реализации переселенческой политики.

Разнообразие природно-климатических условий, ресурсных возможностей, транспортных связей,  условий проживания , отдаленность от Центра страны, указывают на необходимость крайне дифференцированно и экономически взвешенно подходить к решению этой проблемы. Изменившиеся, по сравнению с прошлым, условия, связанные с полуторавековым прогрессом в области техники и технологий, не сделали регион более однородным и легко доступным для освоения и заселения. В связи с этим, тот уникальный и достаточно успешный опыт необходимо воспринять, основные подходы позаимствовать, а конкретные меры модернизировать с учетом реальных условий.  

Какие же основные подходы могут и должны быть использованы?

  1. Предварительное, достаточно подробное знакомство переселенцев с условиями быта и возможностями хозяйственной деятельности в районах предполагаемого вселения. Используя современные технологии картографии, моделирования природно-климатических ситуаций, будущие переселенцы могут и должны ознакомиться с макро и микро условиями жизни в новых для них обстоятельствах. В информационный портфель должны входить не только географические данные, но и социально-экономические и сведения о возможностях ведения собственной предпринимательской деятельности и многое другое, в зависимости от запросов переселенцев.
  2. Инвестирование средств из государственного бюджета для подготовки участков, выделяемых переселенцам для хозяйственного освоения, включая первоочередное создание необходимой инженерной и социальной инфраструктуры в местах компактного проживания переселенцев (образовательные, лечебные, конфессиональные и др. учреждения).
  3. Учитывая разнообразие и многообразие аспектов, отличающих отдельные регионы друг от друга необходимо подготовить научно обоснованную систему льгот, преференций, освобождения от разного рода повинностей, получение преимуществ и привилегий, по сравнению с жителями уже староосвоенных и обжитых регионов. Размер помощи должен зависеть от территории вселения и конкретной потребности переселенцев.

Материальное стиму­лирование заселения новых районов должно быть дифференцировано по трем направлениям:

а) в зависимости от важности и квалификации труда;

б) в зависимости от значения отрасли народного хозяйства (или вида экономической деятельности);

в) в зависимости от обжитости и трудности освоения террито­рии.

  1. Широкое применение ссудной помощи как инструмента переселенческой политики, который стал широко практиковаться уже с 1861 года. Ссуды различного целевого назначения, условий и сроков возврата должны предоставляться как отдельным семьям, так и кооперированным переселенческим организациям на хозяй­ственное обзаведение.
  2. Использование двух различных схем оказания помощи переселенцам. Согласно одной схеме основные меры должны направляться в адрес конкретных переселенцев с целью облегчения их устройства в районах вселения. Согласно другой – во главу угла должна ставиться необходимость подъема хозяйства самого района вселения . Обе они должны дополнять друг друга. В самом общем виде все подходы к переселенческой политике в Сибири и на Дальнем Востоке Российской Империи условно разделяют на концепции, относящиеся, во-первых, к выбору райо­нов выхода переселенцев, во-вторых, к подбору состава переселен­цев  и, в-третьих, к стимулированию переселений.. На первое место справедливо ставились меры,  способствующие экономическому освоению региона. Говоря в современных терминах, это означает, что во-первых необходимо  определение регионов, обладающих необходимым демографическим потенциалом, во-вторых, подбор состава переселен­цев в зависимости от обладания необходимыми навыками и предпринимательскими способностями, и в-третьих, повышение материальной и социальной  мотивации переселений.

Восточный вектор миграционных потоков сохранялся на протяжении всего советского периода проведения миграционной политики.  Объемы переселения можно проследить по данным, как текущей статистики, так и Всесоюзных переписей населения 1926 года и  начиная с переписи 1970 года по 1989 год (перерыв в учете миграции населения в переписях населения составил 44 года  (с 1926 по 1970 г.). 

В 1960-е годы показатели интенсивности миграции городского населения Дальнего Востока были выше, чем в среднем по РСФСР в 1.5 раза. . Два десятилетия с 1970 по 1989 год, прошедшие между Всесоюзными переписями населения, в которых отражены процессы миграции населения в  едином государстве – СССР, свидетельствуют о росте численности новоселов (то есть населения, изменившего место постоянного жительства за последние два года до проведения переписи) в Восточных регионах (табл.2.1).

Для Дальнего Востока это выражается в том, что его население с 1920 по 1990 г. возрастало темпами в 3—4 раза более высокими, чем росло население СССР в целом. В результате доля Дальнего Востока в численности населения страны с 0,7 % в 20-е годы повысилась до 2,3 % в 80-е годы, а разрыв в показателях плот­ности населения сократился с 20 до 6 раз.

Таблица 2.1

Динамика численности новоселов, проживающих менее 2-х лет на новом месте жительства (по данным переписей 1970,1979,1989 г.)

Экономические районы Число новоселов, проживают менее 2-х лет (чел.) Темпы роста численности новоселов (%)
1970 1979 1989 1979 к 1970 1989 к 1979 1989 к 1970
Западно-Сибирский 1012230 1394269 2106776 137,7 151,1 208,1
Восточно-Сибирский 793859 1082251 1204843 136,3 111,3 151,8
Дальневосточный 772983 995367 1170069 128,8 117,6 151,4

Но за полтора века развития во многом изменились не только объективные условия проживания, занятости и заселения пустеющих Дальневосточных регионов, но и миграционный потенциал населения, изменились профессиональные возможности и потребности населении, запросы и опыт жизнедеятельности. Всё это требует осмысления и развития нового опыта в изменившихся условиях 21 века. И первой и самой важной трансформацией, в условиях высокого уровня урбанизации, и  которую необходимо учесть в новых подходах переселенческой политики является отсутствие миграционного потенциала среди аграрного населения. В то же время заселение Дальневосточных регионов предполагает развитие поселений  именно сельского типа. Об этом свидетельствует уже хотя бы тот факт, что одним из первых мотивов к переселению был назван «дальневосточный гектар». Для этого необходимо население, если не с опытом ведения хозяйства в  сельских условиях, то хотя бы с желанием этот опыт получить. Но такие желания должны быть подкреплены возможностями получения навыков и знаний в области аграрных специальностей и малого и среднего бизнеса, в качестве необходимой инфраструктуры вокруг аграрного сектора. Таким опытом располагают немногочисленные переселенцы из сельской местности, в частности, традиционно сельские жители, прибывшие из других стран. Для переселенцев-горожан должны быть предусмотрены образовательные модули с набором необходимых знаний в области агрономии, животноводства, передовых технологий и умений использования технических средств. Процесс деурбанизации населения также сложен и труден, как и процесс приватизации, но без возвращения горожан к аграрному труду, причем на основе высокоэффективных современных технологий, проблема заселения территорий Дальнего востока не может быть решена.  Следовательно, одним из важнейших инструментов переселенческой политики должны стать значительные преференции для переезжающих в сельскую местность с целью осваивать аграрные профессии и вести сельский образ жизни. Разрыв между городскими и сельскими материальными стимулами должен составлять от 1,2 до 2 раз, в зависимости от ранее названных критериев.

Нельзя не учитывать разнообразие природно-климатических и географических условий, в которых располагаются дальневосточные субъекты. В середине 20 века успешно использовался экспедиционный метод разработки научно-обоснованных рекомендаций по развитию, хозяйственному освоению и заселению дальневосточных регионов. Известны экспедиции, организованные Институтом экономики Академии наук СССР, результатом которых стали адресные рекомендации и дальнейшие инвестиции в развитие конкретных   «точек роста». В современных условиях такого рода исследования могут быть проведены с меньшими трудовыми и материальными затратами, используя возможности имеющихся информационных ресурсов и современного разработанного математического аппарата. Но фрагментарное, не сбалансированное по ресурсам и хозяйственным связям пространственное проектирование развития проблемных территорий Дальнего Востока не позволит вывести этот регион из хронического кризисного состояния и отдельным импульсам развития придать устойчивый характер.

Литература

1.Волков Е.З. Динамика народонаселения СССР за восемьдесят лет. Госиздат, М-Л.1930

  1. Воробьева О.Д., Рыбаковский Л.Л., Рыбаковский О.Л. Миграционная политика России: история и современность. М.: Изд-во «Экон-Информ», 2016. – 192с.
  2. Кауфман А.А. Переселение и колонизация. СПб., 1905.
  3. Моисеенко В.М. Очерки изучения миграции населения в России во второй половине XIX – начале ХХ столетия.- М.:Экономический ф-т МГУ, ТЕИС, 2008.

5.Рыбаковский Л.Л. Население Дальнего Востока за 150 лет. М., Наука,1990.170с.

6.Слюнин Н.В. Современное положение нашего Дальнего Востока. Спб.,1908.

  1. Топилин А.В., Воробьева О.Д., Максимова А.С., Гребенюк А.А., Лебедева Т.В. Территориальные сдвиги в размещении населения РФ и социально-экономическое развитие регионов. – М.: Креативная экономика, 2018. – 168 с.

8.Ямзин И.Л., Вощинин В.П. Учение о колонизации и переселениях. М.; Л., 1926.

Referens

1.Volkov E.Z. Dinamika narodonaseleniya SSSR za vosem’desyat let. Gosizdat, M-L.1930

  1. Vorob’eva O.D., Rybakovskij L.L., Rybakovskij O.L. Migracionnaya politika Rossii: istoriya i sovremennost’. M.: Izd-vo «EHkon-Inform», 2016. – 192s.
  2. Kaufman A.A. Pereselenie i kolonizaciya. SPb., 1905.
  3. Moiseenko V.M. Ocherki izucheniya migracii naseleniya v Rossii vo vtoroj polovine XIX – nachale HKH stoletiya.- M.:EHkonomicheskij f-t MGU, TEIS, 2008.

5.Rybakovskij L.L. Naselenie Dal’nego Vostoka za 150 let. M., Nauka,1990.170s.

6.Slyunin N.V. Sovremennoe polozhenie nashego Dal’nego Vostoka. Spb.,1908.

  1. Topilin A.V., Vorob’eva O.D., Maksimova A.S., Grebenyuk A.A., Lebedeva T.V. Territorial’nye sdvigi v razmeshchenii naseleniya RF i social’no-ehkonomicheskoe razvitie regionov. – M.: Kreativnaya ehkonomika, 2018. – 168 s.

8.YAmzin I.L., Voshchinin V.P. Uchenie o kolonizacii i pereseleniyah. M.; L., 1926.

Статья подготовлена при финансовой поддержке Российского фонда фундаментальных исследований (проект № 16-06-00314)

DR

Украинские переселенцы ехали в Сибирь целыми родственными кланами

135 лет назад открыли морской грузо-пассажирский маршрут из Одессы во Владивосток. По нему из Украины на российский Дальний Восток перебрались полмиллиона колонистов, которые даже попытались создать на новой родине свою автономию.

«У нас же й світа, як на те — / Одна Сибір неісходима”. Через два года после написания этих строк, летом 1847 года, Тараса Шевченко отдали под суд за стихи, в которых “могли посеяться и укорениться мысли о возможности Украйне существовать в виде отдельного государства”. Приговор — ссылка рядовым в воинский гарнизон Оренбурга.

Этот город стоит на Урале — реке. Еще чуть более 200 верст на восток, и Орская крепость, за еще одним Уралом — горами. Дальше уже начинается Сибирь — край, где по тем временам обитали лишь местные народы да ссыльные с каторжанами. Там, в Тобольске, что в 1,2 тыс. верстах от Орска — это расстояние почти равно протяженности Украины с запада на восток — в конце XVII века доживал последние годы сосланный туда по доносу украинский гетман Иван Самойлович. А его предшественник Демьян Многогрешный вообще оказался в Селенгинске,- это за Байкалом, еще двумя Украинами дальше.

Шевченко не дожил несколько месяцев до отмены крепостного права в Российской империи. И уж наверняка не предполагал, что вскоре после этого многие украинцы устремятся в страшную ссыльную Сибирь, как в землю обетованную. А к началу XX века довольно плотно заселят ее от того же Тобольска до самого дальневосточного Приморья.

Во Владивостоке, Уссурийске, Чите будут выходить украинские газеты. В Хабаровске интеллигенция создаст украинский клуб.

Поэтому, когда в 1917 году в Киеве к власти пришла Центральная рада, сибирские и дальневосточные украинцы с переменным успехом тоже попытались создать автономию на Зеленом клине — так назвали представители казацкого рода просторы от Забайкалья до побережья Тихого океана, по площади в три раза превышавшие историческую Украину.

как заселялся дальний восток

СО СВОИМ ВЕРНЕЕ: Отправляясь на Дальний Восток, украинские колонисты часто везли по морю или железной дороге и свой скот. Фото: DR

За оба Урала

После отмены крепостного права в 1861 году в Украине резко возрос дефицит пахотных земель. Прежде на одного крестьянина в среднем приходилось 4,6 десятин (десятина — немногим больше гектара), а после реформы — 2,6 десятины.

Первые ходоки потянулись на разведку новых земель на востоке уже в середине 1860‑х. Но масштабный исход за оба Урала начался с 1882 года, когда император Александр III утвердил Крестьянский банк. Он давал беспроцентные ссуды переселенцам на приобретение или аренду участков. К тому же те, кто отправлялся в труднодоступную местность — в Восточную Сибирь или на Дальний Восток — получали еще и вспомоществование от правительства.

Ввиду бездорожья и сурового климата первые переселенцы были по‑своему одержимы.

“По железной дороге подъезжаем к Оренбургу,- писал в конце 1892 году российский публицист Владимир Кигн.- Самый конец апреля, но на дворе зима. Поезд останавливается у большого красивого вокзала,- и делается жутко. Ведь это последний вокзал, последняя пара рельсов, последняя пядь европейской земли. В нескольких саженях отсюда, за рекой Урал, начинается Азия. Отсюда на запад — садитесь в вагон, и на одиннадцатый день вас высадят в Лиссабоне. Не то, если вы направитесь на восток, в Пекин. Вместо вагона — верблюд, вместо одиннадцати дней — полгода”.

Такая уж нежная душа у них. Но зато какие крепкие и великолепные тела!

Владимир Кигн, российский публицист, о переселенцах из Украины

Одним из основных атрибутов Оренбурга на более чем полвека станет переселенческая контора. В летнее время она была открыта по 12 часов в сутки. Здесь выдавались дорожные документы и, на усмотрение чиновника, денежные пособия. Ежедневно приходилось иметь дело с шумной толпой разных народов.

В конторе карболка стояла в мисках и буквально все было в порошке для дезинфекции,- его посыпали на пол вокруг столов и стульев, на все пороги и углы, даже на одежду чиновников.

“Толпа, давя друг друга, вваливает в контору и дружно начинает креститься на образ,- описывал Кигн обычный прием в переселенческой конторе.- Запах карболки заглушается запахом неделями превшего под тропическим солнцем люда. Громадные переселенческие блохи мужественно прорывают магические круги персидского порошка. Переселенцы жаждут “способий”, блохи — крови. Суммы, отпускаемые на пособия, очень невелики, собственной крови всякому жалко, и начинается борьба из‑за “крови и злата”.

Кигн подметил, что в конторе людей принимали по‑разному, в зависимости от региона, из которого явились переселенцы. Пензенских, самарских, саратовских долго не задерживали — это народ богатый, добросовестный, им верить можно. Для чувашей действовало указание — жалеть, они не лгут. Туляков и орловцев допрашивали тщательно и посылали за дверь думать, нужно им пособие или нет. Едва ли не злодеями считали тамбовцев — на них всегда кричали, а за пререкания отказывали в приеме. Случались и немцы, с которыми нельзя было говорить вежливо, “будь они даже в бархатных пиджаках”.

как заселялся дальний восток

ВСЕ ЗАНОВО: Печь для производства смолы в сибирской переселенческой деревне, конец XIX века. Фото: DR

Черноземный рай

Особо выделялись украинцы — с ними больше всего хлопот: перебираясь на новые места, они в мельчайших деталях расспрашивали обо всех обстоятельствах и старались достать билеты подешевле, а пособие — повыгоднее.

“Малороссийские герои любят, чтобы с ними нянчились,- писал Кигн.- Такая уж нежная и чувствительная душа у них. Но зато какие крепкие и великолепные тела! Вот два молодых ходока Екатеринославской губернии, Куц и Ласкавый. Что за рост, какая стройность! Они скромно стоят позади толпы, но на лицах их написана уверенность, что их заметят. И нельзя не заметить: толпа им по плечо, а лица великанов просто картины. Когда они подошли ближе и стали, точно два молодых дуба выросли рядом”.

Ходоки — важное звено переселенчества. Это крепкие расторопные люди, которые с полномочиями от нескольких семей отправлялись за Урал в поисках подходящих угодий.

Еще одну группу ходоков-украинцев Кигн описывает так: “Совсем уж господа. И черные сюртуки, и сапоги, чищенные ваксой, и карманные часы, и крахмальные сорочки”. Они представляются: “Крестьяне Бердянского уезда Кряк, Гуз, Бушуй и Туник. Дело наше тяжелое. Благодарение Богу, люди мы небедные, и потому фамилии наши теперь уж не как у отцов, и называемся мы Кряков, Бушуев, Туников и Гузовский. Но вот односельчане наши до последней крайности обеднели. Думали мы, думали и приехали сюда приискать для нашей бедноты купить землю”.

А землю по тем временам можно было присмотреть почти даром. Вот данные правительственной комиссии, объехавшей переселенческие хозяйства Сибири в 1882 году, накануне открытия Крестьянского банка. В Берской волости, например, что на север от Барнаула (от Оренбурга сейчас — 2,5 тыс. км по шоссе) было 26 селений. В среднем на каждого работника приходилось по 56 десятин удобных земель с глубоким черноземом. В волости к началу 1882 года состояло всего 3 658 облагаемых налогом душ.

“Во всех общинах волости способ пользования землей исключительно “вольный”,- сообщалось в отчете комиссии,- то есть каждый общинник разрабатывает землю под посев, где и сколько может”. Налоги в 1882 году были вполне посильными: государственные сборы — 7,25 руб., “на содержание местных учреждений — 5¾ копейки, губернская повинность — 8 коп., на содержание училищ — 10 коп., на составление межевого капитала — 3 коп., всего с души — 8 руб 1¾ коп”.

Причем в тот год средние цены на местных рынках составляли: на рабочую лошадь — 30 руб., на дойную корову — до 20 руб., около 1,6 руб.- за пуд (16 кг) мяса, до 6 руб.- за пуд сливочного масла. Цена последнего считалась высокой, и в начале ХХ века в Сибири уже работали 4 тыс. заводов, производивших в год 62 тыс. т. масла, которое шло на экспорт.

В одном из правительственных отчетов начала ХХ века сообщалось о некоем крестьянине Сорокине из деревни Карасук, расположенной южнее упомянутой Берской волости. В его закромах в один год собиралось 100 тыс. пудов хлеба, в его стадах паслось 8 тыс. голов скота, и общее состояние крестьянина оценивалось в 1 млн руб.

НЕ ТОЛЬКО С ПЛУГОМ: За первой волной крестьянской миграции в Сибирь потянулись кустарные мастера и даже городские ремесленники. На фото — семья бочкарей-переселенцев, конец XIX века. Фото: DR

За морем житье

Однако долгое время редкий переселенец с семьей добирался до нынешней Амурской области, Приморского и Хабаровского края. Для колонизации этой местности, которую украинцы назовут Зеленым клином, правительство запустило масштабную программу.

Еще правительственная комиссия не вернулась из экспедиции по Сибири, а 1 июня 1882 года в Петербурге вышел закон О казеннокоштном переселении в Южно-Уссурийский край. Он предусматривал перевозку морским путем из Одессы во Владивосток 250 семей в течение трех лет за счет государства. Кроме этого, правительство взяло на себя еще и затраты на первоначальное обустройство переселенцев на новых местах. Личная ответственность за подбор колонистов возлагалась на одесского генерал-губернатора, а за расселение — на его восточносибирского коллегу.

В рамках программы создали Добровольный флот, состоявший сначала из трех крейсеров, построенных перед русско-турецкой войной 1877–1878 года в Германии — 4 млн руб. на их покупку собрали частные лица и общественные организации. После войны с кораблей сняли орудия, а в апреле 1883‑го два из них прибыли из Одессы во Владивосток с 1504 переселенцами из Черниговской губернии. Они‑то и основали первые девять деревень на юге нынешнего Приморского края.

Морской путь был куда удобнее сухопутного несмотря на то, что украинским крестьянам доводилось проплывать более 9 тыс. миль (миля — 1,85 км.) через Стамбул, Порт-Саид, Суэцкий канал, Сингапур, Хайкоу и Нагасаки. В дороге переселенцы проводили 50–55 дней. По суше — в три раза дольше. Ведь первые поезда из Москвы до Владивостока по Транссибирской магистрали пошли только в 1903 году. К тому времени первые переселенцы смотрели на новоприбывших соплеменников с недоверием старожилов.

Украинским колонистам предоставляли — на правах бесплатной аренды — надел в 100 десятин (109 га) на семью. Тогда как в Черниговской губернии на хозяйство приходилось всего 8 десятин.

Вскоре вслед за полещуками-черниговцами на восток потянулись крестьяне Полтавской и Харьковской губерний.

Владислав Иллич-Свитыч прожил на Дальнем Востоке 10 лет как политический ссыльный. Вот как он описывал в 1905 году на страницах Киевской старины городок Уссурийск, что в 100 км на юг от Владивостока: “Это большое малорусское село. Вдоль улицы, по обеим сторонам, вытянулись белые мазанки, местами и теперь еще крытые соломой. В конце города, при слиянии Раковки с Супутинкой, как часто и на коренной Украине, устроен “ставок”, подле которого живописно приютился “млынок”. Среди полтавцев, черниговцев, киевских, волынских и других украинцев переселенцы из великорусских губерний совершенно теряются, являясь как бы вкраплением в основной малорусский элемент”.

О базаре в торговый день бывший ссыльный вспоминал: “Та же масса круторогих волов, лениво пережевывающих жвачку подле возов, наполненных мешками муки, крупы, сала, свиных туш, та же украинская одежда на людях. Повсюду слышится оживленный малорусский говор, и в жаркий летний день можно подумать, что находишься где‑нибудь в Миргороде или Сорочинцах времен Гоголя”.

Российский историк Алексей Волынец отмечает, что к 1909 году старожилов только Приморской области насчитывалось 110 .448 человек, из них украинцев — 81,4%. Число постоянно росло, ведь массовая миграция продолжалась вплоть до 1917 года. А к тому времени, по подсчетам исследователя Юлии Подрез, от Урала до Тихого океана расселилось 1,63 млн украинцев. На этом огромном пространстве они составляли более 40% населения.

Когда в конце ХІХ века в Украине стало нарастать национальное движение, оно тут же перебросилось на Зеленый клин. Имея свою прессу и общественные образовательные организации, тамошние украинцы провозгласили летом 1917‑го в Уссурийске автономию своего края. А в мае следующего года в Киев к гетману Павлу Скоропадскому прибыла делегация во главе с поручиком Петром Твердовским. Он имел полномочия от правительства Дальневосточной украинской республики обсудить возможность присоединения этой автономии к исторической Украине. Поскольку это не представлялось возможным по географическим соображениям, гетман назначил Твердовского консулом в Харбине с правом представлять киевскую власть в Китае.

По возвращении в Приморье полковник взялся еще и за формирование украинского войска в Зеленом клине. Некоторые отряды даже успели повоевать на стороне адмирала Колчака против большевиков. Однако последние взяли верх в военно-политической неразберихе начала 1920‑х на берегах Тихого океана. И украинская автономия исчезла.

КУМ, СВАТ, БРАТ: Украинские переселенцы ехали в Сибирь целыми родственными кланами (фотография конца XIX века). Фото: DR

Этот материал был опубликован в №31 журнала Новое Время от 30 августа 2018 года

История Дальнего Востока

Древняя история Дальнего Востока

История изучения древнейшего прошлого Дальнего Востока

Дальний Восток издавна привлекал внимание путешественников и исследователей многочисленными остатками жизнедеятельности человека, которые свидетельствовали о высоком уровне развития местных племен, о кипучей жизни, некогда протекавшей здесь, и тесных связях с соседними народами. Первые сведения о дальневосточных памятниках древности поступили от русских казаков в XVII веке.

В XVIII веке появляется ряд обобщающих трудов по истории Сибири и Дальнего Востока у С. У. Ремезова, Г. Ф. Миллера, С. П. Крашенинникова. Работы этих ученых и путешественников способствовали росту интереса к далекой и малоизученной окраине России, об историческом прошлом которой даже у большинства образованнейших людей того времени имелись весьма смутные представления.

К середине XIX века наблюдения путешественников и исследователей пробудили интерес к археологии Дальнего Востока и положили начало систематическому собиранию сведений о его древностях, а также накоплению знаний о быте, хозяйстве, жилищах, языке коренного населения.

Ряд экспедиций в Сибирь и на Дальний Восток совершил горный инженер И. А. Лопатин. Везде, где ему приходилось работать, он собирал сведения о памятниках археологии, делал зарисовки каменных орудий, древних жилищ, бытовой утвари. Им описано 49 памятников Приморья и Сахалина.

В 1884 году было создано Общество изучения Амурского края во главе с Ф. Ф. Буссе и сделана попытка от случайных находок и попутных описаний перейти к целенаправленным поискам памятников археологии.

В девяностые годы прошлого столетия начинаются путешествия по Приморью и Приамурью выдающегося исследователя Дальнего Востока и писателя В. К. Арсеньева. Он проводил раскопки, описал 228 археологических памятников, собрал многочисленные легенды местных народов об исчезнувших племенах и событиях прошлого.

Трудами М. И. Янковского, В. П. Маргаритова, А. И. Разина, А. Я. Гурова, Г. С. Новикова-Даурского также был накоплен значительный материал. В музеях Хабаровска, Владивостока, Благовещенска были собраны обширные коллекции древностей, раскрывающие материальную культуру того далекого времени.

Но по-настоящему широкие археологические исследования развернулись на Дальнем Востоке лишь с середины XX века. Они связаны, в первую очередь, с именем академика А. П. Окладникова, выдающегося ученого, неутомимого исследователя. Первую свою научную экспедицию А. П. Окладников совершил в 1925 году, когда ему было всего 17 лет. В дальнейшем экспедиционные маршруты ученого проходили вдоль великих азиатских рек — Лены, Ангары, Амура, Колымы, Индигирки; он работал в Монголии и в Корее, Средней Азии и за Полярным кругом, изучал древние культуры Аляски и Алеутских островов, Сахалина и Курил. С 1953 года организованная им Дальневосточная археологическая экспедиция начала систематическое целенаправленное изучение древней истории Приамурья и Приморья.

Большой вклад в изучение памятников первобытности юга Дальнего Востока внесли А. П. Деревянко, Ж. В. Андреева, Г. И. Андреев, В. Е. Медведев, Э. В. Шавкунов, В. Е. Ларичев, Р. С. Васильевский, В. А. Голубев, В. 0. Шубин; Азии — Н. Н. Диков, Ю. А. Мочанов.

И все же дальневосточная земля продолжает хранить величайшее количество фактов о далеком прошлом человечества, и раскопки приносят все новые и новые открытия. Наши знания о прошлом можно сравнить с айсбергом: вед, что стало достоянием истории,— это его верхняя часть. Но многое еще сокрыто от пытливого разума человека, и ученым новых поколений предстоит огромная работа. Итак, начнем наше путешествие в глубь тысячелетий.

Древнекаменный век в Приамурье и Приморье

В этой части работы я расскажу об оледенении, стоянки древнейших людей и о их орудиях труда, также какими были и как жили древнейшие обитатели Приамурья и Приморья, о заселении Приамурья и Приморья, о жизни и быте «человека разумного, об их родовой общине История первобытного человечества началась более миллиона лет назад. В те далекие времена произошло выделение человека из животного мира и началось становление человеческого общества. Климат Земли тогда был теплым и мягким, тропическая растительность занимала громадные пространства, в том числе и на Дальнем Востоке.

Самые ранние следы жизни древнейших людей были обнаружены в Африке и Юго-Восточной Азии. Отсюда началось их расселение на другие территории земного шара. Это был длительный и сложный процесс, потребовавший значительного времени, измеряемого десятками тысяч лет.

Приблизительно 700 тысяч лет назад в Северном полушарии Земли началось повсеместное похолодание климата, которое сопровождалось оледенением большей части Азии, Европы и Америки. На вершинах крупных гор образовались ледники. Когда их размеры увеличились, ледники стали сползать в долины, занимая все новые и новые пространства. Холодный воз-дух, минуя горные преграды, проходил далеко на юг. Исчезла теплолюбивая растительность, вымерли многие виды животных. Им на смену пришли новые флора и фауна.

Наиболее мощным оказался ледяной панцирь Европы — до двух километров толщиной. Он простирался от Британских островов до Урала и занимал площадь около пяти миллионов квадратных километров. Север Азии покрывала восьмисотметровая толща льда площадью около четырех миллионов квадратных километров. Периоды наступления ледников чередовались с периодами потепления и таяния ледяных масс.

На юге Дальнего Востока также наступило похолодание. Но климат был все же более мягким, чем в Европе, Сибири, на севере Азии. На территории Дальнего Востока либо вообще отсутствовал ледниковый покров, либо он был незначительным. Возможно, хребты, окаймляющие Приамурье и Приморье, создали непреодолимый барьер для потоков холодного северного воздуха. Во всяком случае, в уссурийской тайге и сейчас растут представители древней доледниковой флоры — бархатное дерево и маньчжурский орех, дикий виноград и лимонник, аралия и обладающий удивительными исцеляющими свойствами женьшень. Лиана винограда здесь обвивается вокруг северной ели, а черная береза склоняется к лотосу, нежнейшему цветку юга. Конечно, общее похолодание оказало влияние на растительность юга Дальнего Востока: увеличился травянистый покров, в лесах стали преобладать береза и сосна, большие площади заняли моховые болота. По бескрайним просторам теперь бродили мамонты, шерстистые носороги, бизоны, лоси, олени, бурые медведи, тигры.

Подобные обстоятельства, несомненно, должны были способствовать раннему появлению человека на юге Дальнего Востока. Это подтвердили открытия, сделанные археологами в бассейнах рек Зеи и Амура.

Первые находки были сделаны у села Филимошки на реке Зее. Осматривая подмытый бурной рекой берег, в слое хорошо окатанного речного галечника участники археологической экспедиции обнаружили камни, явно расколотые сильными ударами. На камнях были видны следы обработки. Человек или природа потрудились над ними? Такой вопрос задавали себе ученые. Дальнейшие поиски, принесшие около десятка оббитых галечных окатышей, не оставили сомнений: это орудия труда, и сделаны они рукой человека. Находки в Филимошках — не единственные в Приамурье. Еще одним подтверждением обитания человека на Дальнем Востоке в глубокой древности стали галечные орудия, найденные у села Кумары в бассейне Верхнего Амура и у речки Усть-Ту, впадающей в Зею. Это позволяет с полным правом предположить, что юг Дальнего Востока наряду с Африкой, Юго-Восточной Азией и Южной Европой некогда входил в район расселения древнейших людей. Ведь возраст приамурских орудий составлял 150—200 тысяч лет!

Грубые и примитивные по форме, эти орудия изготавливались из целых или расколотых речных галек, над которыми сначала поработала природа. Веками, а может быть, тысячелетиями ворочала их бурная река или катил древний ледник, пока не приобрели они идеальную гладкость и овальную форму. С галечной отмели подняла их рука мастера и превратила в орудия труда.

Один конец гальки затесывался несколькими сильными сколами. Так изготавливалось рабочее острие лезвия каменного инструмента. Оставшаяся без обработки гладкая часть гальки на конце, противоположном лезвию, служила рукоятью, которую удобно было держать в ладони. Это были ручные рубила с концевым лезвием. Они достигали в длину 10—20 сантиметров. Человек мог

выполнять ими все работы, при которых необходимо было прочное массивное лезвие и в то же время требовалось наносить сильные удары — рубить, резать, копать землю, например, при добыче съедобных растений или при извлечении мелких животных из нор. Рубило могло служить в качестве оружия при защите или нападении, особенно во время охоты на животных.

Для обработки шкур изготавливались скребла — массивные плоские гальки с боковым лезвием. И еще на древних приамурских стоянках найдены орудия, лезвия которых были обработаны таким образом, что в середине образовывалось острие — «носик». Такие изделия служили режущими инструментами и использовались в качестве закройных ножей при изготовлении одежды из шкур.

По своему облику все древнейшие дальневосточные орудия напоминали галечные изделия Африки, Европы, Юго-Восточной и Центральной Азии, относящиеся к этому же периоду.

Галечная техника обработки камня позднее была усовершенствована и широко распространилась по всей территории Дальнего Востока.

Продвижение первобытных людей из южных районов Азии на Дальний Восток было обусловлено жизненной необходимостью. Им, охотникам и собирателям, чтобы обеспечить свое существование, требовались обширные площади земли, богатые съедобной растительностью и дичью. Дальний Восток в этом отношении несмотря на довольно суровый климат был благодатным краем. Жажда добычи влекла охотников все дальше и дальше в глубь неизведанных областей.

Первые люди, появившиеся на Дальнем Востоке,— это еще не совсем сформировавшиеся разумные существа. В науке их называют «людьми умелыми». Небольшого роста (155—165 сантиметров), коренастого сложения, с массивным скелетом и мощной мускулатурой, они передвигались на двух ногах, а их верхние конечности были в основном уже настоящими человеческими руками, причем более развита была правая рука. Ходили они сутулясь, а бегали, пригнувшись к земле. Для их лиц были характерны низкий покатый лоб, сильно выступающие вперед надбровные дуги, массивные челюсти, почти полное отсутствие подбородка. Объяснялись «люди умелые» отдельными звуками и простейшими словами.

Древнейший человек уже не был совсем беспомощным существом. Он умел изготавливать простейшие орудия труда, знал и использовал живительную силу огня, хотя еще не умел самостоятельно его добывать. Все это позволяло ему преодолевать многие трудности в борьбе за свое существование. Но в одиночку древний человек выжить не мог. Постоянная забота о добывании пищи, необходимость защиты от хищных зверей заставляли людей жить коллективами — небольшими группами по 30—40 человек. Первые человеческие коллективы назывались стадами.

Итак, древнейшие люди на Дальнем Востоке появились очень давно. Находки археологов доказали, что самые ранние следы деятельности человека на этой территории относятся к эпохе раннего палеолита.

Шли тысячелетия. Человек совершенствовал орудия труда, изменялся сам. На юге Дальнего Востока обнаружено большое количество стоянок древних людей, живших 40—10 тысяч лет назад, то есть в конце древнекаменного века.

По строению тела и внешнему облику люди этого периода ничем не отличались от людей нашего времени, и их руки уже были способны выполнять самые различные, в том числе очень сложные, трудовые действия. Их мозг не отличался от мозга современного человека и вдвое превосходил по весу и объему мозг предшествовавшего «человека умелого». На этом основании их назвали «людьми разумными», то есть мыслящими. «Человек разумный» владел связной речью. Появление человека современного типа стало огромным шагом вперед в истории человечества.

В Приамурье памятники, относящиеся к концу эпохи палеолита, обнаружены у поселка Кумары, у села Громатухи, у Бородинского озера на Среднем Амуре. В Приморье наиболее интересны два памятника — Осиновка (центральная часть Приморья) и Устиновка (восточное Приморье).

Очень интересная картина открылась взору археологов при раскопках у села Осиновка, недалеко от города Уссурийска. В разных местах раскопанной поверхности были рассеяны оббитые, но еще не законченные гальки, а также готовые рубила. На территории стоянки ученые обнаружили остатки древней мастерской. Крупная кварцитовая галька с обработанной сколами поверхностью служила древнему мастеру наковальней — подставкой для оббивки заготовок. На ней хорошо видны углубления, образовавшиеся от удара камнем по камню. Во время обработки гальку, по-видимому, вставляли в особые приспособления — зажимы, расщепляя толстый сук дерева. Один конец тщательно затесывали с двух сторон так, что получалось широкое острое лезвие. Затем края лезвия обрабатывали более мелкими сколами — ретушью, заостряя его. Рядом с наковальней лежали сколотые с галек отщепы и частично обработанные гальки-заготовки. Неизвестно, что заставило древнего мастера прекратить работу на полном ходу. Но именно благодаря этой находке мы имеем теперь возможность заглянуть в повседневную жизнь древних обитателей южной части Дальнего Востока и мысленно представить их за работой. Как видим, изделия осиновских мастеров несут на себе отпечаток древней галечной традиции.

Наряду с массивными галечными орудиями человек конца эпохи палеолита использовал новые орудия труда — ножи, скребки, наконечники для копий и дротиков, резцы. Для их изготовления использовалась пластинчатая техника обработки камня, которая стала большим шагом вперед в культуре первобытного человека. С хорошо окатанных речных галек скалывались пластины — заготовки будущих орудий. Заготовки тщательно отесывались, а затем обрабатывались с двух сторон мелкими изящными сколами, заострялись. Такой прием назывался двухсторонней ретушью. Из пластин выделывались в основном острые режущие и колющие орудия. Их изготовление требовало от человека терпения, точности, ловкости, хорошего знания свойств камня.

Проводимые учеными исследования дают возможность узнать не только об орудиях труда древнего человека, но и о его быте, занятиях, о его борьбе за выживание в природе. В эпоху палеолита население Приамурья и Приморья было еще немногочисленным. Основным его занятием была охота на диких животных. Хорошим подспорьем служили рыболовство и собирательство.

Интересные находки были сделаны на юге Приморья в пещере Географического общества (названа так в честь этой общественной организации), достигающей в длину 26 метров. Найденные здесь кости около 40 видов раз-личных животных, расколотые при помощи массивных орудий, позволили установить, что современниками человека, жившего в этом районе более 20 тысяч лет назад, были мамонт, шерстистый носорог, бизон, лошадь, косуля, росомаха, волк, олень, барс, бык, гиена, тигр, изюбр, бурый медведь. Это было жилище искусных охотников, владевших различными каменными орудиями и способами добычи этих животных. Здесь же был обнаружен каменный охотничий инвентарь: наконечники дротиков и копий, ножи для охоты и разделки туш, скребки для обработки шкур. Раскалывая и заостряя кости животных, жители пещеры изготавливали из них режущие и колющие орудия.

В то время, когда в районе Осиновки и в пещере Географического общества жили люди, климат в Приморье и Приамурье был более суровым, чем сейчас. Ледниковые процессы продолжались. По бескрайним — от Амура до Чукотки — просторам бродили стада мамонтов, бизонов, носорогов. Иногда они состояли из 150—200 животных. Длинная жесткая шерсть предохраняла их от сильной стужи. Пещерные гиены, медведи, тигры соперничали с человеком за обладание теплыми пещера-ми, в которых можно было укрыться во время долгой зимы. Но победа чаще доставалась человеку. Пещера стала первым его жилищем. На равнинах люди обычно устраивали жилища из ребер мамонта и других крупных животных и обтягивали их шкурами.

Древние люди вели бродячий образ жизни. Вслед за кочующими стадами диких животных первобытные охотники вынуждены были передвигаться на значительные расстояния, останавливаясь лишь на короткое время в подходящих местах и довольствуясь временным пристанищем. Следов постоянных жилищ древнейшие жители Дальнего Востока эпохи палеолита не оставили.

На быков, оленей люди охотились, вооруженные палицами-дубинками и копьями. Иногда им удавалось внезапно напасть на стадо животных и пригнать их к крутому обрыву. Обезумевшие от страха животные гибли десятками, скатываясь в пропасть. Тогда у охотников был большой праздник: они имели вдоволь мяса, шкур для одежды и жира — этого чудесного источника тепла и света в долгие зимние вечера и сытной пищи, от которой уставший охотник вновь обретал силу и ловкость. Но такие праздники у людей бывали довольно редко. Гораздо чаще постоянным спутником их во время кочевий был голод.

Большой удачей для охотников ледниковой эпохи была добыча мамонтов — исполинских животных, хорошо приспособленных к холодному климату. Они достигали четырехметровой высоты, а их мощные бивни были длиной до пяти метров. Пара таких бивней весила не менее 400 килограммов!

Конечно, не все мамонты были гигантами. Так, бивень мамонта, найденного в черте города Хабаровска, неподалеку от локомотивного депо при рытье котлована на глубине восьми метров, весит 60 килограммов, его длина — 2,55 метра, обхват у основания — 48 сантиметров. Этот бивень представлен в экспозиции Хабаровского краеведческого музея.

Мамонт внушал древним людям страх. Охота на него была трудной и опасной. Но человек научился побеждать и зверя-гору. Иногда охотники загоняли этих огромных животных в болота и топи. Увязая, мамонты становились добычей человека. Нередко они угождали в глубокие ямы, выкопанные людьми на тропах, ведущих к водопою, и сверху замаскированные. Такая охота требовала усилий всего коллектива.

Совместная охота, собирательство и другая трудовая деятельность, общее жилище, общий огонь, согревающий его обитателей,— все это сплачивало и объединяло людей. Постепенно на смену первобытному стаду пришла родовая община — коллектив родственников. В каждой общине было несколько десятков человек — родичей. Мужчины охотились и изготавливали орудия труда. Женщины занимались собирательством, шитьем одежды, приготовлением пищи. Человек заботился уже не только о себе и о своих детях, но и обо всей общине. Пища, шкуры, орудия труда принадлежали всему роду, были общими.

Большим уважением пользовалась женщина-мать — хранительница огня, воспитательница детей. Родство передавалось по материнской линии. Поэтому такие родовые общины назывались материнскими. Материнский род существовал на Дальнем Востоке, как и в других районах земного шара, довольно длительное время.

Подведем итоги:

Таким образом, не слишком суровый, относительно устойчивый климат создавал благоприятные условия для расселения на территории Дальнего Востока древних человеческих коллективов. Богатый растительный и животный мир способствовал развитию охотничьего промысла, рыболовства, собирательства. Совершенствовались орудия труда. Человек приобрел современный облик. От первобытного стада люди перешли к материнской родовой общине.

Приамурье и Приморье в период мезолита

Перехожу к новой задаче, в которой опишу отступление ледника, изменении флоры и фауны, о совершенствовании орудий труда и о присваивающем хозяйстве.

Древнекаменный век длился сотни тысяч лет. Гораздо меньше времени занимает в истории человечества период мезолита — среднекаменного века. Это был период изменений в климате, животном и растительном море земного шара, а также в жизни человеческого общества.

В конце палеолита на Земле произошло значительное потепление климата. Ледники отступили. Они исчезли в материковой части Евразии, за исключением Крайнего Севера и горных районов выше 3500 метров над уровнем моря. 10—8 тысячелетий тому назад закончился последний этап ледникового периода. На огромных пространствах, некогда занятых ледниками и тундрой, произошли значительные изменения. Коснулись они и территории Дальнего Востока, его южных и северных районов. На юге приобрели современный облик реки и озера, на севере — свои нынешние очертания контуры Берингова и Охотского морей. Сформировался климат, близкий к сегодняшнему: резко континентальный, со снежной зимой и жарким летом в удаленных от моря районах и более влажный и мягкий на побережье. Около 12 тысяч лет назад произошло становление современного растительного и животного мира. В лесах южной части Дальнего Востока уменьшилось количество хвойных пород и увеличилась доля широколиственной растительности. На севере потепление климата привело к смене сухих тундровых территорий на болотистую тундру.

Исчезли многие виды животных, в том числе мамонт, пещерный медведь, шерстистый носорог. На севере лишь дикий олень приспособился к новым условиям. Он стал основным объектом охоты населения. На побережьях северных морей после отступления ледников расселились многочисленные колонии нерпы, тюленя, морского котика. В лесах южной части Дальнего Востока поселились лось, волк, бурый медведь, изюбр, косуля, пятнистый олень, кабан, уссурийский тигр. Реки и озёра здесь изобиловали рыбой, а летом их оживляли стаи гусей и уток.

Изменения произошли не только в природе, но и в жизни человеческих коллективов.

Чтобы освоить тайгу и послеледниковые степи, человеку понадобилось множество изобретений. Первым и основным из них были лук и стрелы. Их появление стало настоящим переворотом в примитивной технике каменного века. По сравнению со всеми другими метательными приспособлениями лук оказался самым действенным и наиболее мощным дальнобойным орудием древних охотников и воинов. Он превзошел все орудия по легкости, удобству обращения, меткости и быстроте стрельбы. Выпущенная из лука стрела летела дальше и точнее, чем копье. Копье пролетало не далее 30—40 метров. Стрелы же наносили серьезные поражения на расстоянии 80— 100 метров. Стрелы с каменными и костяными наконечниками проходили навылет через туловище бизона. Широкое распространение лука и стрел способствовало дальнейшему развитию охоты, значительно улучшило жизнь охотничьих племен и во многом облегчило их повседневный тяжелый труд.

В период мезолита на юге Дальнего Востока продолжает развиваться галечная и пластинчатая техника обработки камня. Первая преобладает в Приамурье, а вторая — в Приморье.

На всех поселениях археологи обнаружили специальные рабочие площадки — своеобразные мастерские, где производилась обработка камня и выделывались каменные орудия.

Очень интересные открытия были сделаны археологами в районе города Хабаровска. Здесь, на высокой террасе вдоль правого берега Амура, обнаружено несколько мезолитических поселений. От них сохранились очаги из сильно обожженных речных камней. Вокруг очагов находилось множество орудий. Находки очень заинтересовали ученых. И вот почему. Среди каменных амурских орудий чаще всего встречались изделия правильной формы из плоских галек, превосходно обработанные с одной стороны широкими сколами. Овальные лезвия орудий были заострены мелкой ретушью. Это — первые каменные топоры. Пользуясь ими, древние обитатели Приамурья могли теперь шире использовать богатства лесов и вод, не только успешнее строить убежища от дождя и холода, но и изготавливать различные охотничьи и рыболовные приспособления. Выдолбленные при помощи топоров деревянные лодки использовались для передвижения и ловли рыбы, которой был богат Амур.

Широкое распространение получило на юге Дальнего Востока такое универсальное орудие, как нож-клинок листовидной формы, обработанный двухсторонней ретушью. Некоторые из найденных археологами клинков могли служить превосходными боевыми кинжалами и охотничьими ножами для разделывания добычи. Ими легко можно было вспороть шкуру зверя и расчленить ее на части. Другие клинки, более массивные, были вполне пригодны в качестве наконечников копий. Самые маленькие могли служить наконечниками легких метательных дротиков. Из мезолитических памятников Приморья наиболее известно поселение у села Устиновка. Для жизни человека здесь были прекрасные условия: высокая терраса у реки, кругом — прекрасная тайга, где и сейчас можно встретить кабана, изюбра, а то и «хозяев» здешних мест — медведя или тигра. Но не только охота и рыбная ловля привлекали сюда людей. Здесь в большом количестве встречается туф — камень вулканического происхождения, служивший материалом для изготовления орудий. Отделяя от каменных заготовок пластины, древние мастера выделывали из них ножи, проколки, скребки, резцы, наконечники стрел — почти весь инструмент, необходимый человеку в повседневной жизни.

Охота и рыболовство в период мезолита по-прежнему продолжали оставаться основными занятиями древних амурцев и приморцев. В это время человек пока только брал от природы все в готовом виде: убивал зверей, ловил рыбу, собирал съедобные растения. Такое хозяйство получило название присваивающего.

Вся энергия деятельности человека, вся сила его труда были обращены только на добычу пищи и материалов для изготовления одежды, жилищ, орудий, на использование природных ресурсов в готовом виде. Силы и возможности человека оставались ограниченными, скованными прямой зависимостью от природы. Эта зависимость накладывала определенный отпечаток на все условия существования человека. Суровая и опасная жизнь охотников, рыболовов и собирателей каменного века требовала постоянного напряжения сил. Она была полна лишений и тяжелого изнурительного труда. Люди эпохи мезолита, как и их палеолитические предки, вынуждены были переносить все капризы и случайности явлений природы. Короткие периоды изобилия животной и растительной пищи сменялись долгими месяцами голодовок, когда старые запасы пищи уже иссякли, а до создания новых запасов было еще далеко. За годами, относительно обильными пищей, нередко шли такие годы, когда самое существование общин охотников и рыболовов оказывалось под угрозой.

Мезолитические жители Дальнего Востока продолжали вести кочевой образ жизни. Жили они в легких переносных жилищах типа чумов и оставались на одном месте до тех пор, пока неподалеку водилось много зверя и дичи. Они еще не умели выделывать глиняную посуду — керамику, да и не нуждались в ней. Они не задерживались долго на одном месте, и хрупкая глиняная посуда была для них бесполезной. Такие древние культуры ученые называют докерамическими. Все они относятся к пери-оду палеолита и мезолита.

Завершая эту часть работы следует отметить, что:
Находки, сделанные в Приморье и Приамурье, показали, что мезолитическое население шагнуло далеко вперед по сравнению с палеолитическим человеком. Важнейшие изобретения эпохи мезолита позволили усовершенствовать охотничий и рыболовный промыслы, сделать их более производительными. И хотя население Дальнего Востока по-прежнему оставалось немногочисленным и отдельные районы, заселенные людьми, чередовались с огромными незаселенными областями, человек уже многое знал и умел, а потому дальнейшие перемены в его жизни не заставили себя ждать.

Освоение Дальнего Востока в 19 веке
Российская империя обладала колоссальной по протяженности территорией. Благодаря энергии и смелости землепроходцев 16-18 веков (Ермак, Невельской, Дежнев, Врангель, Беринг и т. д.), граница России была продвинута далеко на восток, к самому побережью Тихого океана. Через 60 лет после того как отряд Ермака преодолел уральский хребет, их сыновья и внуки уже срубали первые зимовья на берегах Тихого океана. Первыми на суровое побережье Охотского моря вышли в 1639 году казаки Ивана Москвитина. Активное освоение Дальнего Востока Россией началось при Петре 1 практически сразу после Полтавской победы и окончания Северной войны с заключением мира со Швецией в 1721 году. Петр 1 интересовался морскими путями в Индию и Китай, распространением влияния России на восточную часть Тихого океана, достижением “незнаемой части” Северной Америки, куда еще не успели добраться французы и англичане. Новые русские земли с их неисчерпаемыми богатствами, плодородными почвами и лесами вошли неотъемлемой частью в состав русского государства. Мощь государства заметно увеличилась. «Изумленная Европа, в начале княжения Ивана Третьего, едва ли даже подозревавшая о существовании Московии, зажатой между Литвой и татарами, была ошеломлена появлением огромной империи на восточных своих окраинах». И хотя эта территория принадлежала Российской империи уклад жизни народностей, населявших ее от Урала до Сахалина, оставался на уровне недалеком от первобытнообщинного, который существовал у них и до колонизации их Россией. Власть ограничивалась деятельностью царских наместников и содержанием небольших гарнизонов в сколь-нибудь крупных населенных пунктах. Царское правительство видело в Сибири и Дальнем Востоке в первую очередь источник дешевого сырья, да отличное место для ссылок и тюрем.

Лишь в 19 веке, когда Россия вступила в эпоху капиталистического развития, началось интенсивное освоение огромных пространств.

Начало 19 века на Дальнем востоке

В этой части работы можно отметить, что в начале 19 века начиналось постепенное освоение территорий дальнего Востока. В начале девятнадцатого века ещё не было предпринято сколь-нибудь обширных исследований Дальнего востока. По верхнему течению реки Амур не существовало даже постоянного населения. Хотя ограничиваться районом Амура на этой территории конечно нельзя.

 Главным событием того периода несомненно была экспедиция Г.И. Невельского в 1819 – 1821–х годах. Ему удалось не только исследовать побережье Сахалина, но и доказать, что он является островом. Дальнейшая работа по изучению Дальнего востока принесла ему ещё одну победу. Он открыл местоположение устья Амура. В его исследованиях ему представлялся крайне незаселенный берег. И действительно, согласно данным того периода численность местного населения на Дальнем востоке у разных народностей колебалась от одной до четырех тысяч человек.

Несомненно, что главными исследователями были казаки и переселяющиеся крестьяне. Именно они осваивали территорию Дальнего востока на суше. В 1817 году крестьянин А. Кудрявцев побывал на Амуре у гиляков. Он узнал, что земля на которой они живут очень богата и далека от цивилизации. В тридцатые годы об этом же поведал беглый старовер Г.Васильев.

Завершая эту часть работы можно сказать, что именно в 19 веке началось интенсивное освоение Дальнего Востока.

Интересы России в исследованиях на востоке

Располагая сведениями о незаселенности дальневосточной территории и неподвластности местного населения, правительство России в пятидесятые годы девятнадцатого века возбудила перед Китаем вопрос об разграничении территорий. В 1854 году в Пекин были посланы предложения приступить к переговорам.

Двадцать восьмого мая 1858 года был заключён Айгуньский договор по которому происходило деление дальневосточных областей. Это был очень важный этап в освоении Дальнего востока в целом. Так как теперь любая экспедиция или даже просто переселенцы обязаны были учитывать принадлежность той или иной территории.

В итоге Россия получила дополнительные богатства и поселения с которых можно собирать подати. Исследования же территорий теперь приобретали и аспект разведки полезных ископаемых.

Продолжение исследований и освоение территорий

В этой части работы можно проследить более расширенное изучение дальнего Востока. В 1844 году путешествуя по северу и дальним областям Сибири А.Ф. Миддендорф попал и на реку Амур. Его изыскания позволили установить приблизительный маршрут русла Амура. Он же и его последователь в 1849 году – Г.И. Невельской привели за собой волну русских крестьян и казаков. Теперь изучение и освоение Дальнего востока становилось более расширенным и планомерным.

В пятидесятых годах в низовьях Амура уже было образовано два округа – Николаевский и Софийский. Также был образован Уссурийский казачий и Южноуссурийский округи. На эти территории, к началу шестидесятых годов, переселилось более трех тысяч человек.

В 1856 году на территории будущей Амурской области было поставлено три русских поста: Зейский, Кумарский и Хинганский, однако активное заселение этих областей началось лишь в 1857 году. Весной того года вниз по Амуру были двинуты первые три сотни вновь сформированного из забайкальцев Амурского конного завода. С 1858 года начался процесс усиленного освоения и заселения Дальнего востока русскими переселенцами. С 1858 по 1869 года на Дальний восток переселилось более тридцати тысяч человек. Около половины всех русских переселенцев составили казаки из соседней Забайкальской области.

Теперь каждый день на Дальнем востоке отмечался усиленной разработкой и изучением местности. До тех пор ещё никто так и не составил полной карты Дальнего востока. Хотя попытки это сделать были практически у всех первопроходцев и исследователей. Их изысканиям в этой области препятствовала очень большая площадь территории и крайняя её незаселенность. Только в начале семидесятых годов, благодаря совместным усилиям и по распоряжению лично царя, была составлена очень приблизительная карта основных заселенных районов Дальнего востока.

Постройка сибирской железной дороги, начатое в 1891г. и законченное в 1900 г. сыграла большое значение в экономическом развитии этих районов. Это особенно укрепило позиции российского государства на Дальнем Востоке. На берегу Тихого океана построили город и военно-морскую базу. И чтобы ни у кого не возникало сомнения, что эти земли русские, город назвали Владивосток.

Подводя итоги вышесказанному отмечу что в 19 веке на территории Дальнего Востока стали образовываться русские посты, строились железные дороги, изучалась местность.

Заключение
Что же все-таки дало России освоение Дальнего Востока? К концу шестидесятых годов девятнадцатого века Дальний восток был уже в значительной мере заселен и освоен выходцами из Сибири и Европейской России. Значительные успехи были достигнуты в Амурской области, куда устремлялась подавляющая масса переселенцев и где с успехом осваивались плодородные земли Амурско–Зейской равнины. Уже к 1869 году Амурская область сделалась житницей всего Дальневосточного края и не только полностью обеспечивала себя хлебом и овощами, но и имела большие излишки. На территории Приморья удельный вес и численность крестьянского населения в конце девятнадцатого века были меньшими, чем в Амурской области, но и здесь размах поселенцев внушал уважение и признание мужественности первопроходцев. Численность местных жителей несмотря, а может быть и именно из – за этого резко уменьшилась.

Наладились стабильные торговые отношения с Китаем, что в свою очередь приносило постоянный доход русской казне. Многие китайцы, видя что рядом есть благополучные места в России стали переселяться на Русскую теперь уже, землю. Их гнали с родины неурожаи, малоземелье и поборы чиновников. Даже корейцы, несмотря на строгие законы в своей стране, предусматривающие даже смертную казнь за самовольное переселение, рисковали жизнью чтобы добраться до русских территорий.

В общем и целом исследование и освоение Дальнего востока, получившее свой апогей в середине девятнадцатого века к его концу приобрело довольно спокойный и планомерный характер. А исследование территорий Дальнего востока на предмет наличия полезных ископаемых приносит успех и в наше время. Ещё очень много тайн хранит дальневосточная земля.

Назад в раздел

Туры на Новый год и Рождество

Активные, приключенческие, развлекательные, экскурсионные туры по России. Города Золотого кольца России, Тамбов, Санкт-Петербург, Карелия, Кольский полуостров, Калининград, Брянск, Великий Новгород, Великий Устюг, Казань, Владимир, Вологда, Орел, Кавказ, Урал, Алтай, Байкал, Сахалин, Камчатка и в другие города России.

Маршруты: горы — море

Адыгея, Крым. Вас ждут горы, водопады, разнотравье альпийских лугов, целебный горный воздух, абсолютная тишина, снежники в середине лета, журчанье горных  ручьев и рек, потрясающие ландшафты, песни у костров, дух романтики и приключений, ветер свободы! А в конце маршрута ласковые волны Черного моря.

Легендарная Тридцатка, маршрут

Через горы к морю с легким рюкзаком. Маршрут 30 проходит через знаменитый Фишт – это один из самых грандиозных и значимых памятников природы России, самые близкие к Москве высокие горы. Туристы налегке проходят все ландшафтные и климатические зоны страны от предгорий до субтропиков, ночёвки в приютах.